logo302
Новости сайта О Франции Советы туристам Ваш Париж Регионы Франции Жизнь во Франции Русский взгляд
Учеба во Франции Работа во Франции Французский язык Бизнес во Франции Французская кухня Форум ИнФранс

 

Новости сайта

Архив новостей

Форум сайта

О проекте

Реклама

 

 

 

Подписка на новости

 

Погода в Париже

 

Сапгир Кира Александровна

Кира СапгирПредставляю вам еще одного автора, пишущего статьи для сайта "ИнФранс".

Сапгир Кира Александровна родилась в Москве. Окончила Московский институт иностранных языков (французский факультет). Член Союза писателей, публиковала в Москве детские книги, сценарии, работала на Московском радио. Живет в Париже, куда эмигрировала в 1978 году. К.Сапгир - переводчик, литературный и художественный критик, прозаик, поэт и журналист. Долгие годы работала в газете "Русская мысль", печатала статьи в журналах "Континент", "Грани", "Новое русское слово", "Панорама", была корреспондентом Французского международного радио и радио "Свобода". В последние годы она - корреспондент русской службы BBC и одновременно документалист во Французской Национальной Библиотеке. Публикует статьи, стихи и прозу в газетах и журналах в России и за рубежом. Отрывки ее романа "Ткань лжи", который можно расценивать как "философский детектив", публиковались в зарубежной и российской периодике. Все это - сухие строки биографии, и возникла идея взять у Киры Сапгир собственное интервью.

Интервью КИРЫ САПГИР сайту ИнФранс

ИнФранс: Расскажите немного о вас: где вы родились, в какой семье?

К.С.: Как я написала во вступлении к своей недавно вышедшей книге "Ткань лжи", по материнскому роду и по отцовскому я из рода военачальников - мои родители однофамильцы, Гуревичи - то есть, по древнему - Гуры. Я вычитала у отца Александра Меня, что у евреев после исчезновения в исторические тартарары 12 колен Израилевых осталось социальное расслоение - образовались, так сказать, 4 касты (возможно, след этого - четыре масти в карточной колоде - впрочем, это мое личное предположение). Итак, на первом месте на этой социальной лестнице были Коганы - цари. На втором Левиты - священнослужители. На третьем - мои предки, Гуры, "военспецы", и, наконец, на четвертом - Саппиры - так называли в Египте евреев до исхода, фамилия того же "куста" была у моего мужа, поэта Генриха Сапгира. И это слово по-древнеегипетски означало : "иностранная раб.сила", а то и просто - "иностранец" - эмигрант по-нашенски. Так что если сейчас фамилия "Сапгир" отчего-то относительно редкая и отчасти звучит гордо, то мои предки находились выше на социальной лестнице нежели предки моего мужа и учителя - поэта Генриха Сапгира. Я думаю, что этим предкам-воинам я - по крови - обязана известной азартностью и тем, что ничего на свете не боюсь - любопытство сильнее страха.

Что касается профессии, то их у меня много: я - музыкант, писатель, поэт, переводчик - перевожу Брассенса и Маргариту Дюрас, Ронсара и Превера, почти всю "Золотую книгу французской песни" ! Но прежде всего я чувствую себя журналистом... Подавшись в эмиграцию в 1978-м, поселившись в Париже, я много лет была журналистом в газете "Русская мысль" (о своих злоключениях в этом органе я и написала свой роман "Ткань лжи"). Сотрудничала я и на Французском радио, и на "Свободе", а сейчас - на БиБиСи. Сейчас я публикуюсь во французской и российской прессе, на Западе и в России. Мои статьи и передачи, в основном, о Франции, о ее столице - эта тема неисчерпаема. Я знаю в Париже каждый камень, знаю тропки, нехоженные туристами, их туда не приведет ни один гид! Ну и, конечно же, Рассказываю я и о "Русском Париже", где для меня, пожалуй, нет тайн... И, видимо, это знание "России во Франции" привело меня несколько лет назад в Национальную Французскую библиотеку, где я работаю документалистом. Несколько лет разбирала здесь архивы Дягилева, а теперь перешла в "сонорный фонд", где мне, так сказать, вверены "звуки му", главным образом, русской.

ИнФранс: А кто ваши родители? Как они повлияли на выбор вами жизненного пути? В чем вы хотите походить на них?

К.С.: Мои мать и отец были подлинными интеллигентами - в сталинские времена таких называли полупрезрительно "прослойкой". Мама - химик по цветному кино, из семьи врачей. Родители отца учились в Сорбонне, где и познакомились, а затем отправились в Америку, откуда вернулись с детьми уже после революции. Это, кстати, и стало причиной первой посадки отца - его обвинили в создании в Америке... троцкистской организации, в целях свержения советской власти - это в 8-то лет!.. Отец был переводчиком в ТАСС. Нам он читал вслух с листа Фолкнера и Хемингуэя, а позже Оруэлла и "Лолиту"... Но все-таки не они, а мой муж - поэт Генрих Сапгир - дал мне представление об авангарде, о новых веяньях и течениях в мировом искусстве. Он стал моим настоящим учителем, мэтром, подле которого я училась сочинять...

А у родителей был чрезвычайно легкий характер, чувство юмора, не покидавшее их в самых трагических ситуациях. Отца посадили в 47-м в разгар бериевщины, и, представьте себе, следователь в него прямо влюбился! "Придумайте, сказал он отцу -, что-нибудь, чтобы получить всего (!) 10 лет (тогдашний минимальный срок)"... "Ну, например, мне не нравится роман Горбатова "Непокоренные"", нашелся отец. "Прекрасно", обрадовался следователь, "как раз то, что надо!" И - готово: "Охаивал произведения соцреализма, в том числе удостоенные Сталинской премии". 10 лет в шахте на Воркуте! Притом оттуда он нам с мамой писал такие письма, что могло показаться, будто он - в санатории. И вот еще деталь, говорящая о неистребимой жизнерадостности: когда отец вышел на волю в эпоху хрущевской оттепели, первое что он сделал - пошел в магазин сувениров и купил там хрустальный водочный набор "Крепыш", который увидел в лагере в журнале "Декоративное искусство" и о котором мечтал.

ИнФранс: Как вас судьба привела во Францию?

К.С.: Скорей, наперекор судьбе. Моя жизнь в какой-то момент стала, на мой вкус, казаться какой-то чересчур выглаженной, выложенной и вытканной. Был муж, знаменитый поэт, а с Центрального рынка можно было хоть каждый день носить парную телятину - да и сама я бойко писала, публиковала детские стихи, сценарии, вступила в творческий союз... И тут-то мне и захотелось изменить эту прямую, хорошо вычерченную линию жизни - соскочить, так сказать, с курьерского поезда на ходу - пойти по неведомой тропинке. И я развелась, отвязалась, поехала в эмиграцию, бросив мужа, дом, налаженный быт. И не ошиблась. Эмиграция мне раскрыла меня - чего я стою на самом деле. Я открыла себя и в профессиональном плане - стала журналистом. Так что, невзирая ни на что, ни на какие "страшилки" (а их было в моей новой жизни немало) - я не жалею, Моя жизнь здесь неизмеримо богаче, нежели была бы там - а это - все что мне надо...

ИнФранс: Как вы представляли Францию до приезда сюда?

К.С.: Еще до приезда я как-то увидела сон. Мне приснилось, что я где-то на парижской окраине; я пробираюсь через новостройки, мимо недостроенных зданий-пеналов; повсюду, как положено на стройке, слякоть, грязь - поздняя осень, темень, а на горизонте под черной тучей - узенькая полоска ночной зари... Я знаю, что надо выбраться, добраться до нормального квартала, где меня ждут... - он там, у горизонта... Я иду, тороплюсь - вот я и пришла - единственная уцелевшая улица - старенькие дома, магазинчики - оазис! Но уже поздно - я в с ю д у опоздала! И лишь из убогого (арабского, как мне сейчас ясно) кафе на мокрый асфальт брошена желтая тряпка света.

...Позже я увидела наяву эти выморочные пространства в районе Порт де ля Виллетт.

ИнФранс: Как изменилось (в лучшую или худшую сторону) ваше мнение о стране?

К.С.: Есть один рассказ Рея Брэдбери в "Марсианских хрониках" - о том, как люди, попав на Марс, постепенно меняются, не замечая этого - марсианская атмосфера молекулу за молекулой выбивает из них землян. Так вот и мне теперь трудно сказать, как я относилась до того к Франции - чужой планете, ставшей своей ...

ИнФранс: Чтобы вы сказали тем, кто хочет навсегда уехать жить за рубеж?

К.С.: Прежде всего, выучить язык страны, в которой собрался жить. Я, например, выбрала Францию во многом и из-за знания французского языка - я окончила Иняз, французский факультет. Я была уверена, что буду здесь переводчиком. Правда, получилось иначе - многие годы я зарабатывала не французским, а русским языком, став журналистом... Но мне удобно тут, оттого что я - полностью двуязыкий человек. Но вообще-то, меня удивляет, что по сей день остается дилемма - уехать или остаться? Даже в Израиле эмигранты ездят взад-вперед... Не понравилось на чужбине - вали обратно, в свою квартиру на Каширке или на Крещатике!..

ИнФранс: Если бы у вас сейчас был выбор, уехать или нет, что бы вы выбрали: только Францию, только Россию или "между двумя"?

К.С.: Пожалуй, я бы не уехала, догадайся я о перестройке и всех чудесах в решете, которые за этим последуют! Уж я бы поразвлеклась! Стала бы заниматься политикой - основала бы свою партию ... Скажем, "партию правых анархистов"? А что! Нет такой партии! В общем, развлекалась бы...

ИнФранс: Что для вас значит "интеграция" в страну, где живешь? Возможно ли "раствориться" в менталитете другой национальности и нужно ли это?

К.С.: Я уже приводила пример из рассказа Брэдбери. Но вообще-то одно дело - говорить на языке страны, а другое дело - интеграция. Конечно, многие из моих соплеменников хвастаются: "мол, я выбыл полностью из русской среды..." А самого клещами не вытащишь из нашей компании, окажись он в ней! Но ежели серьезно - нет, не думаю, что это возможно до конца - подобное растворение. И пробовать не стоит, даже при идеальном знании иностранного языка. Ты все равно здесь экспатриант, пришелец, "саппир". И вообще не в этом дело. Сколько великих изгнанников, став мировыми величинами, до последних дней говорили по-французски с русским, испанским, витебским акцентом! А что касается нас, бедных крошек - нам сам Бог велел оставаться таинственными русскими красавицами, в которых влюблялись Дали, Фернан Леже, Пикассо. Русские женщины во Франции окружены особым ореолом еще со времен Пеладена - был такой французский писатель-декадент в конце Х1Х - начале ХХ веков - Сар Пеладен, сильно повлиявший на композитора Эрика Сати ... В его романах - сплошь роковые русские героини - графиня Поль де Рязань, княгиня Симерзла Русалкис... И все мы по сей день для французов - отчасти Симерзлы...

ИнФранс: Что бы вы хотели сказать читателям Инфранс?

К.С.: Доброго Парижа, прекрасной Франции!

 

 

© 1999-2005 Нелла Цветова
© 2005-2008 infrance.ru
Все права защищены